Cuban Missile Crisis retold by Max Hastings—an intense look at the 1962 standoff that brought the world close to nuclear war.

A comprehensive Cold War history of Berlin’s division, exploring the Wall’s construction, life in a split city, and its fall in 1989.

Refusenik's Son is an extraordinary story of family, courage, and betrayal during the Cold War. Against the broader political history of the period, Alex Goldfarb weaves his personal story as one of...

Refusenik's Son is an extraordinary story of family, courage, and betrayal during the Cold War. Against the broader political history of the period, Alex Goldfarb weaves his personal story as one of...

Born Samuel Ginsberg...Was he suicided?

Cuban Missile Crisis retold by Max Hastings—an intense look at the 1962 standoff that brought the world close to nuclear war.

A preview of the inaugural bespoke espionage-focused tour from Tradecraft Travel

🌱✨ From a Strip of Plant to 15 Years of Memories… and Money? ✨🌱 15 years ago, while reporting on corruption in Ukraine, I got a tiny gift—a strip of a plant—from someone who wasn’t exactly… helpful. ...

“They Said There Was No Sex in Communism.” I Had 27 Minutes to Prove Otherwise — Live on BBC. On 29 January 2003, I was inside the archives of Central European University in Budapest, covering an exh...

«Говорили: секса при коммунизме не было». У меня было 27 минут, чтобы доказать обратное — в прямом эфирe BBC. 29 января 2003 года я стояла в архивах Central European University в Будапеште, готовя репортаж о выставке «Секс и коммунизм». Я работала для BBC Russian Service и Radio France Internationale под именем Агнеш Бос. У меня не было часов. У меня было меньше 30 минут. Ноутбук был в машине, времени забрать его не было. Я писала сценарий от руки — на переработанной бумаге, чем придется: ручкой, карандашом, чем угодно. Если присмотреться к рукописи на фото, видно слово «LEAD». Это была вводная для ведущих в Лондоне и Париже. Далее шел основной текст — написанный мной, прочитанный мной, записанный под давлением. Радиожурналистика тогда была живой, немедленной, настоящей. Нашел правду — и сразу ее донес. ---------- Выставка в OSA – Open Society Archives показывала, как социалистическая идеология пыталась контролировать интимную жизнь: - Пропаганда «моральной чистоты». - Рождение детей как государственный «план производства». - Файлы секретной полиции о «неподобающем поведении». - Подпольная эротическая культура, выживавшая несмотря на цензуру. Парадокс был прост: Официально секса не было. На деле государство пыталось его контролировать. Мой репортаж 2003 года — на русском языке для BBC и RFI — стал одним из самых цитируемых культурных материалов в русскоязычных архивах. Его обсуждали, ссылались на него, помнили — потому что он коснулся темы, долго оставшейся табу. Это не был скандал. Это было о том, как идеология вторгается в спальню. ---------- Этот эфир был заказан и представлен Борисом Максимовым, который ушел из жизни 2 ноября 2025 года в возрасте 62 лет. Новость о его смерти шокировала меня. Этот пост посвящен ему — и серьезной журналистике. ---------- То, что трогает меня сегодня больше всего: Этот репортаж никогда не покидал меня. Двадцать лет я носила один вопрос: Что происходит с любовью, когда государство заявляет права над телом? Этот вопрос превратился в мой роман: «Любовь при коммунизме» Не документальный отчет. Но история запретной любви, секретов, страха и эмоционального риска в контролируемом мире. На фото вы видите два момента времени: 📜 Моя рукопись для BBC от 29 января 2003 года. 📕 Твердый переплет романа «Любовь при коммунизме», изданного более двадцати лет спустя. Журналист. Писатель. Та же тема. Та же правда. Если хотите понять, как власть меняет интимное — и как любовь выживает вопреки всему: 👉 https://lnkd.in/ePaV3iKh История не абстрактна. История — интимна. #BBC #Радиожурналистика #ЛюбовьПриКоммунизме #ИсторическаяЖурналистика #АрхивыOSA #КультураИИстория #ЖурналистикаЖивая #СексИКоммунизм #ЗапретнаяЛюбовь #ПодпольнаяЭротика

⭐ Why I Wrote Love in Communism ⭐ The world knows the politics of the USSR, but not the hidden emotional life of a young woman growing up under communism — the fear, the secrecy, the longing, and the ...